Муниципальный
вестник
Армавира

СОЛДАТСКИЙ ТРЕУГОЛЬНИК. ТРОГАТЕЛЬНАЯ ИСТОРИЯ ВИКТОРА ВЕКШИНА

4 Марта 2020
СЛОВА ЛЮБВИ ДОШЛИ ДО АДРЕСАТА…

Гвардии техник-лейтенант Виктор Афанасьевич Векшин погиб 31 января 1944 года, в первый день наступления его 5-го отдельного гвардейского Запорожского танкового Краснознаменного полка прорыва. Началась Криворожско-Никопольская наступательная операция. Гвардейцы-танкисты должны были прорваться в направлении кургана Могила Орлова и села Бузулук. Немецкое командование стремилось во что бы то ни стало удержать Никопольский плацдарм, который не удавалось ликвидировать весь январь. Поэтому с самого начала бои были неистово-яростными.

Где-то в этой огромной мясорубке потерялась жизнь лейтенанта Векшина. Но осталась его юношеская любовь, выплеснутая в карандашных строках на тетрадные странички.

Написанных за пять дней до гибели...

«Разрешите Тоня передать тебе свой боевой привет, и пожелать добра и радости, как в твоей юности, так и в дальнейшем, что с удовольствием я пожелал бы и себе… Милая Тоня вот сегодня придя с машины, я прилег отдохнуть немного и в памяти опять возник твой образ так дорогой для меня и я представил в своем воображении тебя за писанием долгожданного для меня письма, милого, теплого и лучшего из всех, когда либо писанных тобою и другими в мире этом, с таким простым и ярким для моего сердца языком, в котором все лучшие надежды нашей жизни, бегущей галопом вперед, навстречу новому неизведанному чувству… И вот мне кажется, что я уже получил это письмо с частицей ваших жарко-опьяняющих и укрепляющих ароматов, силой и свежестью соков пышно расцветающей, как вся природа весной. Так зовущей и притягивающей упасть в ее объятия, жизни, так горячо любимой мною и лелеющей в моих мечтах! Среди бурь, вихрей и сражений через которые ее я проношу в своем сердце и всеми силами стараюсь сберечь и выразить в конечном итоге в несвязном письме к тебе Тоничка! И вот в такие минуты тоски и грусти твои письма приобретают огромную силу надо мной и у меня настроение делается обратным этому. А особенно в последние три месяца, когда получил от тебя первое письмо под Запорожьем и с тех пор я всецело оказался в твоей власти, т.е. вернее под властью твоих чар которые я возродил в своем воображении. И если только выйду живым и невредимым (на что, несомненно, надеется каждый) после победы, то можете с уверенностью рассчитывать на мою дружбу, лучшую мою дружбу и любовь к тебе, что я говорю или вернее пишу тебе, дорогая от всей глубины своего сердца, еще не испытавшего ничего подобного в таком объеме охватившего всего меня. А особенно все лучшие чувства, которые еще имеются у меня, всегда готовы к вашим услугам. А если и погибну в борьбе за будущее счастье нашего народа, то может ты милая, сохраня это письмо, когда-нибудь в минуту нечаянной скорби, взглянешь на это письмо и вспомнишь с тихой грустью время Отечественной войны и бедного малого, так горячо любившего и уважавшего тебя сегодня, завтра и всегда. К чему я пишу тебе на сей раз так много, у тебя ведь так мало свободного времени, что не хватает написать даже самое короткое письмо, а здесь я так расписался, как будто Вы имеете массу свободных часов, чтобы прочесть все это. Хорошо, на следующий раз я буду учитывать это, и писать по возможности короче, как и всегда. Да и вообще я еще никогда в своей жизни не писал подобно длинного письма. И это по настоящему времени будет последним, учитывая твою занятость и абсолютный недостаток времени у меня. Вот это письмо я пишу уже третий вечер подряд, все дожидаясь с одной стороны письма от тебя Тоня, с другой стороны из-за недостатка у меня свободного времени. И мне приходится писать урывками, но описать все, что сумею из моих настоящих дум и сладостных надежд на будущее, которое чуть-чуть заметно мерцает впереди за густым туманом предстоящего. И дабы не обмануться жесточайшим образом и не показаться смешным тебе, моя милая, я на этом свои откровения прерву до более удобного и подходящего случая и момента… И этим заканчиваю свое письмо под звук подлетевшего фашистского бомбовоза и свист бомб невдалеке сбрасываемых им, так что дрожит все от их разрывов. Пока любимая, передайте от меня привет папаше, мамаше, Вене, Томе, Вове и вашим лучшим подругам по учебе, отдыху и развлечениям. А пока прошу поверить в чистую искренность каждого слова выше написанного, как хотел бы, чтобы каждое слово дошло до вашего сердца А пока миленькая жму вашу руку и, обнимая вас этим письмом крепко целую, крепко как никогда. Виктор».